Главная Новости Встречи Статьи Публикации Периодические издания История водного хозяйства Информационные продукты

Главная arrow Статьи arrow Ирригация Центральной Азии
Ирригация Центральной Азии Версия в формате PDF Версия для печати Отправить на e-mail
06.06.2012
Картвелишвили Л.Н.,
 д.т.н., главный научный сотрудник ФГБНУ ЦНТИ «Мелиоводинформ»

Факты свидетельствуют, что с древних времен жители Земли осознали многогранную сущность воды, утоляющей жажду плодородной нивы, господ, рабов и скотов, от нее кормящихся. Но одновременно грозящей неисчислимыми бедствиями и кровавыми междоусобицами…
Климатические условия Центральной Азии обусловили появление первых очагов цивилизации в оазисах, прилегающих к речным бассейнам. Пять-шесть тысяч лет тому назад кочевники обустроили свое первое стационарное поселение, засеяли вокруг него клочки земли, скорее всего, просом или кунжутом, а затем прокопали к полям пару арыков длиной чуть более двух километров. Так зародилась первая оросительная система в этих краях.

Кушанские магистрали

Лиманное, а затем и ирригационное земледелие распространилось по речным долинам Зерафшана, Сурхандарьи, Ферганы (ныне Узбекистан), Вахша, Кафирнигана, Гиссара, в окрестностях современного Худжанда (Таджикистан), Мургаба (Туркменистан), не говоря уже о плодородных равнинах в дельте Амударьи. Там хорезмийцы прокладывали десятки километров каналов шириной по 20–40 метров.
Многие из этих магистралей, претерпев за тысячелетия немало реконструкций, успешно эксплуатируются и в наши дни. Историки приводят убедительные доказательства, что площади поливных земель древней поры в низовьях Амударьи и Сырдарьи сравнимы с такими площадями середины двадцатого века. Этот период максимального расцвета ирригации относится к I–IV векам нашей эры, то есть к эпохе могущества Кушанского царства – одной из четырех великих азиатских деспотий, крепко державшей в узде судьбы народов и племен от Индии до Арала и от Каспия до Синьцзяна.
В то время орошаемое земледелие начало постепенно продвигаться от дельтовых зон в предгорные районы, а древние инженеры изобрели многоголовые водозаборы, приспособленные к условиям «вечно блуждающего Джейхуна» (Амударьи), хитроумные сооружения для использования выклинивающихся вод (кяризы) и первые небольшие водохранилища (хаузы). Позднейшие топографические съемки доказали, что, не обладая современными лазерными и оптико-механическими приборами, наши предки прокладывали трассы каналов с поразительно постоянным уклоном. Для этих целей якобы использовались природные способности ослов и верблюдов передвигаться с минимальными затратами энергии.

Арабская математика

После тысячелетнего перерыва, вызванного бесконечными войнами, в XI–XIV веках устойчивые очаги орошаемого земледелия сократились по площади более, чем на треть. Однако арабские пришельцы обогатили местную культуру передовыми, по тем временам, достижениями математики и зодчества. Вследствие этого средневековая ирригация в междуречье Амударьи и Сырдарьи пережила новый качественный этап. Теперь протяженность магистральных каналов, например таких, как Кырк-Кыз и Чермен-яб в Хорезме, достигает уже сотен километров, а объемы земляных работ – миллионов кубометров, то есть масштаб ирригационных проектов увеличивается на порядок.
Распространение математических знаний позволило освоить принципиально новые методы трассировки каналов даже на косогорах, а в практику строительства прочно вошли известковые вяжущие материалы – предвестники гидротехнического бетона, обожженный кирпич и типично арабские арочные конструкции. Тогда же, впервые вошли в обиход многочисленные атрибуты современной гидротехники, такие как катастрофические водосбросы, многоярусные щитовые водовыпуски плотин, берегозащитные дамбы с использованием фашин и другие конструкции. Фундаментальное исследование «Ирригация Узбекистана» представляет немало примеров на эту тему, в том числе любопытное свидетельство: статические и гидравлические расчеты средневековых плотин, оказывается, вполне укладываются в рамки современных строительных норм и правил.
Географические и климатические особенности региона заставили правителей феодальной эпохи уяснить полезность древнего афоризма «Хочешь управлять страной, научись сначала управлять водой». Они и управляли, сгоняя одновременно для строительства или ремонта каналов до сорока тысяч землекопов.
Или лишая, как хивинский хан, доступа к водным источникам непокорные туркменские племена. Период с XV по XIX век большинством историки приводят убедительные доказательства, что площади поливных земель древней поры в низовьях Амударьи и Сырдарьи сравнимы с такими площадями середины двадцатого века.
Географические и климатические особенности региона заставили правителей феодальной эпохи уяснить полезность древнего афоризма «Хочешь управлять страной, научись сначала управлять водой».
Авторов исследований истории региона характеризуется дроблением централизованного государства на ханства и эмираты, бесконечными междоусобицами в борьбе за власть и, как следствие, глубочайшей депрессией во всех сферах жизни.
Своего рода оценкой развития ирригации могло бы послужить высказывание академика А.Ф. Миддендорфа, датированное серединой 1870-х годов: «Эти ирригационные сооружения невольно возбуждают в нас еще большее удивление. Мы изумляемся, видя, что столь неразвитый в техническом отношении народ сумел отвести на свои поля воду… мимо гор и долин, что эти работы выполнены без всякого инструмента, необходимого для этого, мы удивляемся при виде каналов, высеченных в твердой каменной массе, при виде тоннелей, по которым проходит далее вода, или при виде того, как отводится она к мельницам по гребню насыпей, длиной в несколько верст».

Освоение территорий

В середине XIX века произошло стремительное разрушение феодальных традиций в результате экспансии царской России. Уже к 1860 году были без особых усилий аннексированы обширные территории, ныне относящиеся к Казахстану и Северному Кыргызстану. Вслед за этим к «Туркестанской области» были присоединены владения Кокандского ханства, практически утратили суверенитет Бухарский эмират и Хивинское ханство.
Вряд ли можно утверждать, что российская колониальная политика конца XIX века в корне отличалась, скажем, от английской или французской: любое проявление национально-освободительного движения беспощадно подавлялось еще в зародыше. Отчасти верны и представления о том, что Туркестан изначально рассматривался Россией как сырьевой придаток и потенциальный рынок сбыта неконкурентных в Европе товаров. Все это, наверное, так, но в конечном счете и вся обстановка изменилась: вскоре уже не могло быть места зверствам хана Худояра, и всего за полстолетия феодальный Туркестан, миновав промежуточные стадии социально-экономического развития, стал приобщаться к бурно развивающемуся русскому капитализму. Роль же России, как распространителя в еще недавно наглухо изолированном от всего мира Туркестане благ цивилизации и культурных ценностей, пожалуй, никем не подвергается сомнениям.
Наряду с этим, не следует забывать о характерной особенности российской либеральной политики: колониальный аппарат управления, исходя из разумного стремления найти поддержку у местной влиятельной знати, фактически не вмешивался в повседневные отношения последней с населением, за исключением чрезвычайных обстоятельств. Если же таковые намечались, то зачастую достаточно было вежливо напомнить, скажем, бухарскому эмиру, в чьих руках истоки Зерафшана, орошающие его владения… Учитывая эти общие традиции, нужно с большой осторожностью воспринимать выводы советских исследователей, вынужденных представлять в черном свете любые проявления «ненавистного царского режима».
К примеру, в той же «Ирригации Узбекистана» отмечается равнодушие российского казначейства к нуждам местного орошения, поскольку за 20 лет (с 1895 по 1915 год) на эти цели из государственной казны было выделено всего 36,4 млн. рублей. Однако эта статистика не учитывает поток независимых инвестиций, хлынувших в Ферганскую долину и в другие орошаемые зоны в связи с «хлопковой лихорадкой». Узбекистан является главным производителем хлопка в Центральной азии, и входит в пятерку крупнейших экспортеров этой культуры на мировом рынке.главный конкурент Узбекистана –Израиль. Полностью механизировав процесс орошения и сбора, Израиль по многим показателям превзошел Узбекистан.

Резиденция семьи Искандер в Ташкенте

Построена в в 1889-1891 гг. по проекту в.с. Гейнцельмана и А.Л. Бенуа. Несмотря на ссылку и гонения в течение многих тлет, сын великого князя Константина Николаевича Романова все же нашел свое пристанище в Ташкенте, где в последствии проживал под фамилией Искандер. В Ташкенте князь Николай зарекомендовал себя как отличный предприниматель. Организовал мыловаренный завод, фотографические мастерские, бильярдные, предприятие по переработке риса, мыловаренные и хлопковые мануфактуры. но любовь местного народа он заслужил работами в области ирригации. Первым проектом Николая Константиновича стало выведение канала из реки Чирчик, названного им Искандер-арык. В 1886 году великий князь приступил к "выводу" сырдарьинской воды, желая во чтобы то ни стало оросить хотя бы часть Голодной степи между Ташкентом и Джизаком. Популярность князю придавало также и отношение к рабочим, труд которых он оплачивал. строительство самого крупного по тем временам 100-километрового канала, оживившего 40 тысяч десятин земель, Николай Константинович оплачивал из собственных средств.

Напротив, ирригация в «колониальный период» развивалась весьма успешно, при самом активном участии российских специалистов. Так русские военные инженеры М.Ермолаев, а затем и С.Максимов реализовали проект строительства плотин и ирригационной сети на территории «Государева Мургабского имения» с общей площадью орошения 24 тыс. гектаров. В долине реки Мургаб начал проводить свои первые изыскания и В.Васильев, ставший впоследствии идеологом и практиком ирригационного строительства в Чуйской долине Кыргызстана. В литературе можно найти упоминания об этих и десятках других славных русских инженерах, почвоведах, агрономах, внесших достойный вклад в развитие ирригации дореволюционного периода.

Стяжаемый жаждой славы

Одним из самых выдающихся теоретиков и инициаторов проектов орошения Центральной Азии был опальный великий князь Николай Константинович Романов, живший в то время в ссылке в Ташкенте. «Стяжаемый жаждой славы и легкого успеха», он надолго увлекся ирригацией. Уже первый из построенных по его инициативе каналов, Искандер-арык, оросил 4,5 тыс. гектаров земель в бассейне реки Чирчик.
После серии крупных технических неудач великий князь не опустил руки и замахнулся на освоение безводной Голодной степи с помощью Николаевского (1895 год), а затем и Романовского (1913 год) каналов. Этот массив земель включал в себя в основном территории Узбекистана и Казахстана, а также часть территории современного Таджикистана. Романовский канал оросил уже 35 тыс. гектаров. Проект представлял собой первый пример комплексного освоения целины, поскольку предусматривал возведение 17 поселков для наемных рабочих и эксплуатационного штата, своего рода царских «целинных совхозов». Великий князь также снарядил и возглавил Самарскую ученую экспедицию, совершившую в 1879 году путешествие по Туркестану для изучения бассейна реки Амударьи.
Всего же за 1907–1915 годы было подано свыше 21 тыс. заявок от российских и иностранных соискателей на долгосрочную концессию около 2 млн. гектаров земель в пределах территории Туркестана. Это сулило в перспективе невиданный размах водохозяйственной деятельности, прерванной на начальном этапе Первой мировой войной, а затем и революционными событиями. Однако ощутимых результатов все же удалось достигнуть и в организационном, и в техническом плане. Наряду с освоением новых земель, строительством и реконструкцией каналов и сооружений, начиная с 1908 года в Фергане, вблизи современных Худжанда, Термеза и Чирчика, появились первые, пусть маломощные, насосные станции. Накапливался и опыт эксплуатации первых инженерных водозаборов современного типа, первых экспериментальных систем закрытого и вертикального дренажа.

Развитие отрасли

Уже через десять лет после завоевания Туркестана, в 1877 году в канцелярии генерал-губернатора зародился первый нормативный акт – «Временные правила об ирригации Туркестанского края», поначалу оставивший в силе процедуры управления водными ресурсами, сохранившиеся с феодальных времен, но под бдительным присмотром приезжих чиновников.
В 1888 году на смену этому нормативному акту пришел более совершенный документ – «Инструкция о правах и обязанностях ирригационных чинов, уездных начальников, арык-аксакалов и мирабов по заведыванию ирригацией в Туркестанском крае». По уровню детализации положений эта инструкция, пожалуй, не уступает и современным подзаконным актам. Ее реализация потребовала реформы исполнительной вертикали, поэтому в 1897 году было создано Управление земледелия и государственных имуществ Туркестанского края с функциями государственного надзора за «ирригационными и лесокультурными работами и сельскохозяйственными учреждениями». Эти обширные функции вначале выполняли всего два чиновника по особым поручениям при генерал-губернаторе. Столь скромный аппарат управления очень скоро перестал справляться со слишком обширными обязанностями, что привело к созданию при Управлении новых подразделений – вначале Гидрометрической, а затем и Гидромодульной части.
Стоит отметить, что возглавили эти структуры совсем юные специалисты – В.Г.Глушков и А.Н.Костяков, будущие академики и основоположники, соответственно, гидрологической и мелиоративной школ советской науки. Благодаря усердию первого из них, к 1912 году в Туркестанском крае гидрометрическая наблюдательная сеть насчитывала уже 50 водомерных постов, 3 метеорологические станции и 14 дождевых станций. Таким образом, в вековой ряд наблюдений за водоносностью крупнейших источников, который и сейчас используется при составлении расчетов и прогнозов, были заложены первые бесценные данные.
Деятельность Управления земледелия и государственных имуществ изначально была направлена на решение стратегической задачи – превратить Туркестан в крупнейшего экспортера не только хлопка, но и другой сельскохозяйственной продукции. С этой целью в 1895 году было создано «Туркестанское общество сельского хозяйства», развернувшее масштабные работы по изучению аграрного потенциала края.
В работе этого общества участвовали такие легендарные ныне личности, как агроном Николай Димо, создавший первую почвенную карту региона, а заодно и стройную теорию почвообразования пустынных и полупустынных зон. Или другой агроном, Рихард Шредер, основатель уникальной школы селекционеров, а к тому же и инициатор первых опытов применения в Туркестане химических удобрений. Их коллега, Михаил Бушуев, организовал в 1905 году, при протекции все того же великого князя Романова, опытную станцию, осуществившую первые исследования по промывке засоленных земель с применением открытого и закрытого дренажа, по использованию современного бороздкового полива и завезенной из Европы, ранее невиданной сельскохозяйственной техники.
С риском для жизни многолетние повседневные хлопоты приезжих энтузиастов были зачастую связаны не только с колоссальными трудностями, но и с прямым риском для жизни. Ведь их окружало почти поголовно неграмотное местное население, чья враждебность неустанно подогревалась склонной к сохранению феодальных порядков байской прослойкой и пантюркистскими настроениями части молодой национальной буржуазии. Недовольство народа новой властью чаще всего было вызвано изъятием земли для раздачи переселенцам из западных областей России либо чересчур поспешными действиями по русификации общественной жизни. Отсюда и волна восстаний, затронувших с 1872 по 1916 год большинство областей Туркестана, что, безусловно, сказалось и на освоении земель.

Научно-практическое издание "Мелиорация: вчера, сегодня, завтра" № 1, 2011














Последнее обновление ( 06.06.2012 )
 
< Пред.   След. >
           
  При поддержке:        
logo
logo
logo
logo
logo
logo